Стр. 321 - Tarkaev-1

Упрощенная HTML-версия

Часть 3.
Александр Таркаев. Интервью
321
Эту составляющую, что связана с коррупционными конвертами,
довольно трудно измерить. Хочу подчеркнуть – не с теми конверта-
ми, в которых платят сотрудникам зарплату. На предприятии, где
работают 100–150 человек, платить зарплату или часть её в конвер-
тах практически невозможно. Поверьте, это в основном болтовня,
необходимая как раз для того, чтобы скрыть коррупционную со-
ставляющую. В небольшой консалтинговой, брокерской компании,
в редакции или рекламном агентстве, где есть десять сотрудников,
которые, грубо говоря, сотрудники-партнёры, можно платить в кон-
вертах. Но если у вас есть завод, рабочие, СТК, профсоюз… Шило
в мешке не утаишь, и вас завтра же потащат к прокурору. Сколько
раз ко мне и ко многим моим коллегам на предприятия приходили
с проверками, но никто никогда ничего не находил. Конечно, гене-
ральному директору можно премию в конверте выплатить, но это
такой мизер! Да и то, её проще вывести на владельца предприятия
в виде дивидендов, а уж он отдаст сколько нужно тому же гендирек-
тору. И всё будет легально, честно и благородно.
– А всё-таки по поводу общественного мнения? Я правильно
понял, что вы не включаете его в число причин, порождающих
«серый» рынок, и оно не играет здесь абсолютно никакой роли?
– Общественное мнение очень снисходительно относится к кор-
рупционным выплатам. Вот это причина. Недавно я прочитал в
одной из газет, что глава российского Пенсионного фонда не стесня-
ется говорить, что он собирается построить ещё пятнадцать таких
же небоскребов, как тот, что стоит у нас на Кольце. И что это нужно
для работы с пенсионерами. То, что он в лицо журналистам и, соот-
ветственно, их аудитории позволяет себе заявлять такие вещи, сви-
детельствует о том, что у человека вообще атрофирована совесть.
И, к сожалению, не у него одного.
– Александр Никитич, что бы вы могли сказать о корпоратив-
ных закупках?
Есть такое понятие «корпоративные чиновники». По сути, боль-
шие корпорации типа того же «Газпрома» ничем не отличаются от
чиновничьих структур. В них человек, сидящий внизу, не рассма-
тривает компаниюкак собственно компаниюи свою собственность.
Это своего рода промышленный колхоз или сырьевой колхоз, где
всё кругом колхозное, и всё кругом ничьё. И поэтому какая-нибудь
тётенька, сидящая на комплектации какого-то конкретного вида
изделия, получает свою мзду. Больше того, во многих случаях часть
этой мзды она передаёт выше, то есть работают схемы, а ля таксо-