Стр. 172 - Tarkaev-1

Упрощенная HTML-версия

172
Жизнь интересна
. Памяти Александра Таркаева посвящается
людях, с которыми ежедневно имел дело: «Корпоративная бюрокра-
тия ничем не отличается от государственной – она равно такая же,
такая же вороватая, такая взяточническая».
Его ранний уход – это горькая плата за свободу говорить то, что
думаешь, жить так, как хочешь. Удивительная пустота обнаружи-
вается на нашей многолюдной земле, когда умирают такие люди.
Это был самый вменяемый реформатор, которого я когда-либо зна-
ла. Он не умел ходить по трупам. И в то же время всегда ясно и чётко
говорил нелицеприятные вещи тем, кто о рынке умеет только бала-
болить. Так нужны сегодня именно такие люди, которые могли бы
подсказать, где же свет в конце туннеля.
Он использовал любую возможность, чтобы продвигать свои
идеи. И его дружба с журналистами – это ничто иное, как понима-
ние роли СМИ в этом деле. Он умел убеждать других, и потому легко
шёл на контакты с пишущей и снимающей братией, которая была
ему в этом деле незаменимым помощником. И журналисты его
очень уважали.
Так получилось, что незадолго до смерти Александр Никитич
общался со знакомыми мне журналистами – он дал интервью Ар-
тёму Карапетяну для агентства Bankir.Ru и Елене Чернобровкиной,
которая готовила к публикации на сайте газеты «Бизнес-Online»
его выступление на круглом столе, организованном редакцией и
Торгово-промышленной палатой. Оба текста, в принципе, были об
одном и том же – об уроках мирового финансового кризиса и его по-
следствиях для российской экономики. У других в девяти случаях из
десяти ответы были бы похожими. Во всяком случае, по сути.
А Таркаев ни в чём не повторился. То, что беседы состоялись при-
близительно в одно и то же время, он использовал как возможность
для более полного выражения своих взглядов на причины и послед-
ствия кризиса. Сегодня эти тексты читаются как одно целое.
Как верно написала Лена, представляя публикацию уже после
смерти Таркаева, выступление на круглом столе, добавим – и ин-
тервью, которое он дал Артёму, стали своего рода политическим за-
вещанием Александра Никитича. И как всегда, жизнь подтвердила
и справедливость его оценок, и правоту его прогнозов.
И последнее – Александр Никитич, и по складу характера, и по
роду занятий, человек с холодным умом, всегда удивлял меня ме-
тафоричностью своего языка. Наверное, присутствие красочных
сравнений объяснялось его желанием быть легко и правильно по-
нятым, а может, в нём просто умер, не родившись, писатель. Выше